В IX веке на японском императорском дворе в Хейан-кё (современная Киото) завершилось формирование уникального синтетического искусства — бугаку. Это не просто танец, а танцевальная драма в масках, соединившая пришедшие с континента ритуалы, музыку и мифологию в строгую القصرную церемонию. В отличие от более позднего но, бугаку не знало словесной части: вся драматическая нагрузка лежала на пластике, жесте и маске.
К концу IX века репертуар был зафиксирован, а исполнители — знатные аристократы и профессиональные музыканты из Бюро музыки (Гагаку-сё) — превратили импортные формы в уникально японский феномен. Именно в этот период произошло разделение танцев на «Танзы левой стороны» (сахо, китайского и индийского происхождения) и «Танзы правой стороны» (ухо, корейского и маньчжурского корней), ставшее основой классификации до наших дней.
Исторические корни: от гигаку к бугаку
Предшественником бугаку стал гигаку — безмасочный (позже масочный) фарс VII–VIII веков, привезенный монахом Мимодзи из Корейского полуострова. К IX веку гигаку вышло из моды, уступив место более изысканному гагаку (элегантная музыка), в состав которого вошел бугаку как танцевальная составляющая. Прилив китайской культуры при династии Тан принес в Японию сотни мелодий и танцевальных сюжетов.
Ключевую роль сыграло учреждение Гагаку-сё (Бюро музыки), основанное еще в 701 году по кодам Тайхо. В IX веке, при императорах Сага и Нинмё, ведомство достигло расцвета: оно систематизировало хаотичный репертуар, стандартизировало костюмы и утвердило канон масок. Именно тогда танец Рё-о (Prince Lanling) стал единственным в репертуаре бугаку произведением, где маска изображает конкретную историческую личность — китажского принца Ланлиня.
Японские аристократы не просто заимствовали искусство — они «одомашнили» его, наполнив эстетику мияби (утонченной элегантности) и убрав грубоватый юмор гигаку. Результатом стал театр, где движение замедлено до медитативной плавности, а маска скрывает лицо, превращая актера в безликого носителя архетипа.
Систематизация в IX веке: рождение канона
Главное достижение IX века — создание жесткой структуры репертуара. Танцы были разделены на две большие группы по географическому происхождению и цвету костюмов. Сахо (левая сторона, красные костюмы) включала танцы Т'аньской Китая, Индии и Вьетнама (Линьи). Ухо (правая сторона, зеленые/синие костюмы) объединяла танцы Кореи (Пэкче, Силла) и Маньчжурии. Это деление отражало китайскую ритуальную космологию: Восток (Китай) — Ян, Запад (Корея) — Инь.
Император Сага (прав. 809–823) лично участвовал в реформах: он приказал отобрать лучшие номера, уничтожить записи о потерянных танцах и зафиксировать хореографию в трактатах Гакку року и Кёкунсё. Благодаря этому мы знаем точные имена хореографов IX века, например, Ооно но Мимаро, который адаптировал китайский «Ранлиньван» в японский «Рё-о».
⚠️ Внимание: Не путайте бугаку IX века с но XIV века. Бугаку — это дворцовый ритуал без слов, где маска неподвижна, а но — драматический театр с речью, где актер меняет маски для смены эмоций.
Канонизация коснулась и инструментарного состава. Оркестр гагаку для бугаку закрепился в виде «трех ветвей» (санью): духовые (сё, хичирики, рютэки), струнные (бива, со) и ударные (тайко, какко, сёко). Этот состав не менялся более тысячи лет.
Разделение на сахо и ухо — не просто административный уклад, а ритуальная модель вселенной, где баланс Ян и Инь обеспечивается чередованием танцев разных традиций.
Маски бугаку: типы, изготовление и символика
Маска бугаку (бугаку-мен) — это не реквизит, а сакральный объект. Вырезают её из дерева кисо-хиноки (японский кипарис) или паулонии, покрывают лаком, пигменты и золотой фольгой. В отличие от масок но, выражающих эмоции через тени, маска бугаку статична: её выражение зафиксировано навсегда, а «жизнь» вдыхает в неё только мастерское управление головой и телом танцора.
Существует строгая типология масок. Человеческие (дёдёмен) — аристократы, воины, женщины. Демонические (кидзьин) — стражи, духи, с извивающимися рогами и злыми глазами. Животные и мифические существа — драконы, фениксы, лисы (кодзун). Каждая маска имеет имя и фиксированный репертуар: маску Рё-о надевают только для танца Рё-о.
- 🎭 Рё-о — золотая маска принца Ланлиня с спокойным благородным ликом, скрывающим боевую ярость.
- 👺 Ранрюо — вариация Рё-о для более быстрых танцев, с более острыми чертами.
- 🐘 Кория — слоновья маска для танца «Слон» (Кодзё), символ мудрости и силы.
- 🦊 Кодзун — лисья маска, используемая в танцах о превращениях и обмане.
- 👴 Джё — маска старца для танцев с юмористическим или поучительным подтекстом.
Мастера-масочники (менси) IX века разработали технику «обратной перспективы»: глазки маски сделаны асимметрично, чтобы при наклонах головы создавалась иллюзия смены взгляда. Это гениальное оптическое решение работает только на сцене при определенном освещении.
☑️ Что искать при рассмотрении масок бугаку
Музыкальное сопровождение и костюмы: эстетика гагаку
Музыка гагаку для бугаку не аккомпанемент, а равноправный партнер. Ритм задает барабан какко (маленький песочный барабан на стойке), который держит ведущий музыкант. Он же подает невербальные сигналы танцорам: ускорение, затухание, акценты. Мелодия ведет обой хичирики — её пронзительный, naselенный звук пронзает зал, задавая эмоциональный тон.
Костюмы (сёдзоку) — это визуальная кодировка роли. Базовая рубаха хо и штаны хакама накидываются слоями: верхняя одежда хо для сахо — красная с узорами фениксов и драконов, для ухо — зеленая или синяя с/clouds/ и водой. На голове — головной убор канмури (для мужчин) или осубаракаси (распущенные волосы с заколовками для женских ролей, исполняемых мужчинами).
Цветовая схема строго регламентирована. Танец «Насорё» (два дракона) требует зеленых и красных костюмов для пары танцоров, символизирующих Инь и Ян. Любое отклонение от канона считалось сакральным нарушением, способным раздрать небожеств.
| Категория | Происхождение | Цвет костюма | Пример танца | Характер движения |
|---|---|---|---|---|
| Сахо (Левая) | Китай (Тан), Индия, Линьи | Красный, желтый | Рё-о, Энбу | Плавный, величественный, «гражданский» |
| Ухо (Правая) | Корея (Пэкче, Силла), Маньчжурия | Зеленый, синий, белый | Насорё, Каран | Энергичный, прыжковый, «военный» |
| Кунабूरी | Коренные японские (кунибури но утамаи) | Белый, мультиколор | Азума-асоби, Саибара | Простой, ритуальный, древний |
| Хасиримай | Смешанные/специальные | Разноцветные | Хасиримай (бег) | Быстрый, бег по сцене в маске |
⚠️ Внимание: Современные реплики костюмов для музеев часто используют синтетические ткани и анилиновые краски. Подлинные костюмы IX–XII веков, хранящиеся в сокровищнице Сёсо-ин (Нара), изготовлены исключительно из натурального шелка с натуральными пигментами (бенिबана, ай).
Если посещаете представление бугаку в храме Касуга-тайся (Нара) или при Императорском дворце (Токио), придите за 30 минут до начала: лучшие места на веранде забираются мгновенно, а сидеть на полу в позе сейдза полчаса — часть ритуала зрителя.
Основные сюжеты и типы танцев: от войны до любви
Репертуар бугаку насчитывает около 50–60 активных танцев (из сотен утраченных). Их делят на буно-май (гражданские/элегантные танцы) и бу-но-май (военные/мужские танцы). Первые — плавные, с веерами или ветками сакуры, вторые — с мечами, луками, имитацией боя. Особый жанр — хасиримай («беговые танцы»): танцор в тяжелой маске и костюме бежит по сцене, выполняя сложные фигуры — проверка выносливости и мастерства.
Сюжеты часто заимствованы из китайских исторических хроник или буддийских сутр. «Рё-о» — принц Ланлин надевает страшную маску, чтобы враги боялись его лица, но побеждает красотой и мужеством. «Насорё» — два дракона играют с жемчужиной мудрости на фоне волн. «Сорико» — танец пьяного брахмана, комедийный номер с элементами акробатики, редкий случай юмора в строгом каноне.
- ⚔️ Рё-о (Ланлинвань) — военный танец принца в маске, символ скрытой силы.
- 🐉 Насорё — парный танец двух драконов, символ гармонии противоположностей.
- 🍶 Сорико — танец пьяного монаха, единственный ярко комедийный номер.
- 🌸 Энбу — танец с цветущей веткой, гимн весне и долголетию.
- 🏹 Каран — корейский военный танец с луками, быстрый и резкий.
Интересно, что женские роли в бугаку IX века исполнялись мужчинами (так называемые онна-маи), но их пластика была строго дифференцирована: плавные круговые движения рук, пониженный центр тяжести, отсутствие резких поворотов головы. Это заложило основы женской манеры в но и кабуки веков позже.
Отличия бугаку от но и гигаку
Гигаку (VII–VIII в.) — масочный фарс, народный, с громкими масками, юмором, акробатикой. Утрачен к X в. Бугаку (IX в. — н.в.) — дворцовый ритуал, аристократический, статичные маски, медленный темп, нет слов. Но (XIV в. — н.в.) — драматический театр, сменяемые маски (омоте/ура), речь, пение, эмоциональная глубина, доступен самураям и народу. Бугаку — «музей в движении», Но — живой театр.
Сохранение традиций в современной Японии
После реставрации Мэйдзи (1868) бугаку пережил кризис: императорский двор переехал в Токио, финансирование сократилось, многие танцоры ушли в народ. Спасение стало делом частных семей (например, династия музыкантов Тоги и Оно) и крупных храмов — Ситэннодзи в Осаке, Касуга-тайся в Наре, Цуругаока-Хатимангу в Камакуре. Сейчас основные носители — музыканты Гагаку-сё при Управлении Императорского дворца (кунаи-сё) и жрецы-танцоры храмов.
В 1955 году гагаку (включая бугаку) признано Важным нематериальным культурным достоянием Японии (Дзюйо мукэй бункадзай). В 2009 году — включено в список ЮНЕСКО. Однако «живое» исполнение отличается от музейного: в храмах танцуют под открытое небо, на деревянных площадках, где скрип полов и шум ветра становятся частью партитуры.
Существует проблема преемственности. Обучение занимает 10–15 лет: сначала музыка (хичирики), потом танец. Мастера передают знания устно (кодэн), без нот для танца (нотация существует только для музыки). В последние десятилетия появились видеозаписи и 3D-сканирование движений мастеров-«Сокровищ народа» (Нингэн кокухо), но традиционные школы опасаются потери «духа» при цифровизации.
⚠️ Внимание: Не пытайтесь купить подлинную древнюю маску бугаку на аукционах или в антикварных лавках. Их вывоз из Японии запрещен законом о защите культурных ценностей, а маски из сокровищниц Сёсо-ин и храмов являются национальными сокровищами (Кокухо) и не подлежат частной собственности.
Бугаку выжило не как музейный экспонат, а как живая ритуальная практика: главные представления проходят ежегодно в определенные даты (например, 22 октября в Касуга-тайся), и их посещение считается актом поклонения предкам и богам.
Значение для мировой театральной культуры
Бугаку — старейший в мире непрерывно существующий театр в масках. Греческая трагедия прервалась, санскритский кутьядттам прервался, китайский юань цзю трансформировался в пекинскую оперу. Только бугаку исполняется теми же масками, под ту же музыку, в тех же костюмах, что и 1100 лет назад. Это делает его уникальным «живым макетом» для изучения театральной антропологии.
Влияние бугаку на мировую сцену XX–XXI веков огромно. Антонен Арто говорил о «театре жеста», не зная, что в Японии он существует веками. Тадеуш Кантор заимствовал статичность маски и ритуальность процессии. Современные хореографы (Сабуро Тэсигавара, Димтри Чамборакис) ставят баллеты на музыке гагаку, используя эстетику бугаку. Даже в кино: маска Рё-о вдохновила дизайнеров персонажей «Властелина колец» и «Звездных войн».
Для исследователя бугаку IX века — это ключ к пониманию того, как япония «переварила» континентальную цивилизацию. Они взяли китайский ритуал, корейскую энергичность, индийский миф и создали искусство, где ма (пауза/пространство) важнее движения, а маска важнее лица. Это урок эстетического суверенитета, актуальный для любой культуры в эпоху глобализации.